— Но считается, что за мной присматривает Фарго...

— В таком случае ты понимаешь, что я имею в виду, — с улыбкой заметил Йоно.

— Да, сэр. Добро пожаловать на борт. Олбани Джонс тоже летит вместе с нами.

— Ага — Адмирал улыбнулся еще шире. — Тогда на борту будут как минимум два здравомыслящих человека. Кстати, я принес с собой кое-какие музыкальные записи — для практики во время выполнения нашей миссии. Подумав, я решил присоединиться к вашей группе для песенного конкурса. Вам нужен бас.

— Это верно, — признал Джефф. — Сейчас у меня баритон, но мой голос то и дело ломается. Вы будете полезным добавлением к нашему ансамблю, сэр.

Они поднялись на борт «Многообещающего».

— Что у вас там? — осведомился Йоно, глядя в тускло освещенный угол рубки. — Морские черепахи?

— Это мои литавры, — сказал Фарго. — Я еще не установил их, зато теперь смогу настроить на ваш бас, адмирал. Возможно, мой шедевр для тенора и ударных можно переделать для квартета.

Внезапно в рубке стало значительно теснее, когда в ее центре неожиданно появился металлический бочонок с маленькой зеленой драконицей. Джефф издал радостное восклицание.

— Я вернулся, — сообщил Норби. — Моя миссия завершена. Я обнаружил координаты планеты, где предположительно находятся пропавшие земляне. Остается лишь скормить эти координаты компьютеру «Многообещающего», и можно лететь.

— Но почему ты привел с собой Заргл? — спросил Фарго. — Разумеется, мы рады ей, но...

— Я не полечу с вами, — успокоила его маленькая драконица, развернув свои кожистые зеленые крылья и перелетев (с помощью джемианского антигравитационного воротника) на массивное плечо Йоно. Перейдя на джемианский, поскольку земной язык давался ей еще с трудом, она добавила: — Я спросила Норби, не могу ли я остаться в вашей квартире, пока вас не будет. Я хочу попрактиковаться в изучении трудного земного языка, просматривая голографические передачи.